– Он прав. Оставь. Пусть сам посмотрит, если разбирается.

Сташек присел над ямой и осторожно начал поднимать брезент. Под брезентом оказалась тщательно склеенная клеенка. Спотыкаясь о кирпичи, Мечо сбегал в дом и вернулся с ножницами. Сташек разрезал клеенку, под ней оказался железный сундук. Весь сундук был чем-то обмазан. Первым об это испачкался Сташек. Он понюхал вещество и вытер руку о штаны:

– Солидол, что ли? Весь сундук обмазан...

– Защитили от влаги, – пробормотал Адам. – Может, действительно боеприпасы...

– А открыть можно? – жадно спросил Мечо, пытаясь протиснуть голову к яме.

– Не может быть и речи. Тут висячий замок и простые. Придется доставать.

– Так доставайте! Быстрей же!..

После множества сложных манипуляций скользкий от смазки ящик, лишенный ручек, был наконец извлечен из ямы, занесен в дом и установлен в комнате на столе. Выглядел он на удивление хорошо. Железо было в отличном состоянии и после удаления смазки смотрелось как новое, по краям крышки был выбит причудливый орнамент, спереди висел замок, а по бокам виднелись замочные скважины, прикрытые крышками. Закрыт сундук был основательно.

– Ну, да! – ехидно заметила Ханя, которая при виде сундука сразу засомневалась в боеприпасах и опять превратилась в замерзшее дерево. – А где ключи?

– Ключи у того, кто прятал, – ответил Адам. – Придется открывать, разбивать жалко...

Сташек предложил привести милицейского слесаря. Ханя холодно, но вежливо, что далось ей с превеликим трудом, запротестовала. Мечо исчез в глубине дома и вернулся с громадной связкой разных ключей:

– Попробуем, – предложил он с энтузиазмом.

Ханя, хоть и очень этого хотела, душить своего сына не стала. Она покорилась давлению высших сил, которые открыли клад в ее доме в присутствии настоящего милиционера. Ей пришлось подавить вырывающийся протест и согласиться. Она мрачно наблюдала за попытками открыть сезам, всем сердцем желая неудачи.